| Елена Фельдман ( @ 2009-01-08 19:05:00 |
В процессе написания ни один Гумберт не пострадал
***
Твое имя впиталось мне в кровь и теперь прорастает
Остролистой лозой на запястье, рябиной во рту.
Я надеюсь, она оправдает мою немоту:
Стариков ни морщины, ни паузы не украшают.
Ты уже не ребенок, еще не натурщица для
Откровенных полотен соседа по летней квартире.
В твоем возрасте лишь любопытство и цифра четыре,
Смех и легкий шлепок по руке: «Раз сказала – нельзя!».
Ворох кружев, подъюбников, ленточки в темной косе,
Две огромные черные скважины, бьющие светом…
Видно, сам Люцифер научил тебя этим ответам!
- Я вам верила, герр, но вы – ах! – вы такой же, как все.
***
Твое имя впиталось мне в кровь и теперь прорастает
Остролистой лозой на запястье, рябиной во рту.
Я надеюсь, она оправдает мою немоту:
Стариков ни морщины, ни паузы не украшают.
Ты уже не ребенок, еще не натурщица для
Откровенных полотен соседа по летней квартире.
В твоем возрасте лишь любопытство и цифра четыре,
Смех и легкий шлепок по руке: «Раз сказала – нельзя!».
Ворох кружев, подъюбников, ленточки в темной косе,
Две огромные черные скважины, бьющие светом…
Видно, сам Люцифер научил тебя этим ответам!
- Я вам верила, герр, но вы – ах! – вы такой же, как все.